Фильм «Цыганский берег» - один из лучших документальных фильмов прославленного новосибирского режиссера Валерия Соломина, поэтичный документальный вестерн, ставший дебютной работой в жанре документального кино для оператора Владимира Пономарева. О том, как снимался этот фильм, мы и поговорили с ним, предваряя предстоящую премьеру этого фильма на нашем сайте 9 ноября.

Владимир Пономарев:  Миражи Кулундинской степи. Интервью к премьере фильма «Цыганский берег».

 

   Владимир Ильич, является ли для вас этот фильм каким-то особенным, помимо того, что он был первым вашим документальным фильмом?

 

Все, что первое – это всегда самое любимое. Как рождение первого ребенка. Вся страсть, вся любовь вкладывается в это. Это и как первое открытие ученого, и как первая выставка фотографа. Ты ждешь, какой будет резонанс. Так и в кино. Естественно, это мой любимый фильм. Причем режиссером был Валерий Соломин, мой друг. Именно он меня убедил, поверил в меня. Я сомневался…

Оператор на коне.

Владимир Пономарев на съемках фильма "Цыганский берег".

Почему? Ведь у вас был уже достаточно большой опыт работы над киноочерками. О восхождении альпинистов на пик Коммунизма, об экспедиции археологов в низовья Амура с академиком Окладниковым и другие.

 

Да, я занимался альпинизмом и для меня горы – это все. Все композиции, которые я чувствую и понимаю в горах, они меня притягивают. Я знаю как их интереснее снять. А «Цыганский берег» - это степь. Причем на 360 градусов, как столешница. И, как и за что цепляться? Какие здесь возможны композиционные построения? Мне как оператору сначала было трудно разобраться.

 

Вам не хватало драйва, экстремальных условий, как на горных вершинах?

 

Для меня  это было непривычно. Я сказал Валере: «Мне непонятна эта степь. Ты же сам оператор, ты понимаешь, о чем я говорю». Но он меня успокоил: «Ты поймешь, только надо приехать и услышать пение жаворонков в небе, и увидеть степные миражи. И ты все сразу поймешь, всю поэзию этой степи…». И, действительно, когда мы приехали на машине туда, картинка была впечатляющая. Смотришь – всадник вдалеке – он парит по воздуху. Заготовленное сено, стога - они в воздухе повисают. Но только поставишь камеру на штатив, все исчезает. Когда в видоискатель смотришь, эффект миража пропадает. Поехали дальше - опять  мираж. Завораживающее явление.

 Степные пастухи. Главные герои фильма "Цыганский берег".

Но вам все-таки удалось запечатлеть этот эффект, так сказать, ухватить постоянно ускользающий мираж. Плывущие на горизонте стада в раскаленном воздухе – подтверждение тому.  

 

Ну, естественно, когда погружаешься в тему, начинаешь понимать суть. И если не лениться, настойчиво искать решение задачи, то все и получается.

А почему все-таки фильм называется «Цыганский берег», ведь цыган в фильме не было? 

 

Видимо, эту степь в шутку так назвали. Вольница, кочевая жизнь, романтика. А кулундинская степь, просто безбрежная.

 

Наверное, непросто было в таких условиях настроиться на серьезную и длительную  работу?

 

Я ведь вырвался из павильона. Да, была практика съемок киноочерков. И я почему-то думал, что мне все легко дастся. Ведь есть режиссер и мне не надо будет сильно напрягаться. Когда рядом опытный грамотный режиссер, оператору всегда спокойнее работать. Но в кино ответственность оператора оказалась намного выше, чем на телевидении… 

А то, что Валерий Соломин сам - великолепный оператор, - это не мешало вам?

 

Наоборот, мы работали как коллеги. Я у него многому научился… Но, при этом, у меня был и богатейший опыт работы на телевидении в очень творческом коллективе, когда главным оператором у нас был Валерий Халин. Ведь мы снимали спектакли. В павильоне делали по-настоящему киношный свет. Было много сложных постановочных передач. Это было время художественного творчества, но, со временем, к сожалению, телевидение становилось все больше редакторским. Потом художественное вещание и вовсе исчезло.

 

Владимир Ильич, а можете поделиться секретом, как снималась конная погоня в фильме «Цыганский берег». Есть фотография со съемок, где вы верхом на коне с камерой в руках. Все-таки и здесь вы нашли возможность для экстремальных съемок?

 

Операторских приемов существует немало. Это наше ремесло и здесь нет ничего необычного. Как пример, фильм «Война и мир» Бондарчука – Бородинское сражение…

Переправа через реку. Валерий Соломин и Владимир Пономарев на съемках фильма "Фартовый Солошенко".

Но для местных документальных фильмов динамичные постановочные съемки подобного масштаба, думаю, были все-таки не слишком обыденным делом. Я ошибаюсь?

 

Трудно сказать, насколько это были уникальные съемки. Просто стояла задача снять такой эпизод, всю эту ковбойскую романтику. Ведь герои фильма «Цыганский берег» - это такие советские ковбои. Здесь было немало сцен, в которых приходилось использовать те или иные секреты операторского искусства. Валерий, как оператор, мне много подсказывал. Обычно такие секреты редко кто из операторов разглашает… Вот был пример на Восточно-Сибирской судии кинохроники, где в 1983 году мы с Валерием Соломиным снимали «Фартового Солошенко». Это таежный фильм такой, про охотника, про проблемы хозяйства охотничьего, лесного. И надо было снять синхрон. А с конуса же не возьмешь, тесно – зимовье. Но как создать атмосферу, в которой живет охотник  - печурка, красивая лампа. В зимовье - как-то убедительно, когда снимешь синхрон. А на «конвас», который весь гремит, это не снимешь. Так же  как и «тотенваген» не загонишь в тайгу, даже с вертолетом его не поднять. Короче говоря, возникла проблема. И надо было ее как-то решать. Если только на натуре снять «телевиком»? Но не было бы тогда того доверительного общения, так как «телевик» - это съемка на расстоянии двадцати метров от героя. Какой здесь может быть разговор? Поэтому оставили решение этой задачи на потом. Дважды с тех пор мы еще ездили в тайгу и возвращались на студию. А потом однажды я вижу, на территории студии разгружается машина с горбылем. И тут ко мне приходит идея – нам же всего две стенки надо  для того, чтобы синхрон сделать, как на «зимовье». Две стенки, красивую лампу взять и прочий реквизит. Я Валере говорю: «Давай здесь, в студии снимем эту сцену, пригласим героев…». Так и сделали. Поставили хороший свет… А потом один из чиновников из Госкино долго пытался выяснить, как нам удалось все это снять в тесной избушке охотника, да еще и не видно где микрофон подвешен... Так и в «Цыганском береге» - надо было только немного подумать и все. Все просто. Ночью, перед съемками сцены погони, мы спали в степи, раскинули спальники – духота была, жарко в вагончике. На звезды смотрели, ну и решили как снять погоню. Надо же было показать и людей, их крупные планы. А как это сделать? Параллельно. В итоге героев отдельно погоняли по кругу и сняли.

 

Небывалая засуха, которая случилась в то лето, когда вы снимали фильм, внесла какие-то коррективы в сценарий фильма? Ведь, как говорится в фильме, в переводе на русский слово «кулунда» означает – «трава выше жеребенка». Не думаю, что заранее можно было предугадать и засуху, и степные пожары.

 

Безусловно, сценарий рождался на месте. Захватила эта романтика, воля.  На 360 градусов ты свободен. И тут и миражи, и пожары… Получился настоящий «вестерн».

А сколько по времени снимался фильм?

 

Сначала мы с Валерием Соломиным приехали познакомиться с героями, с темой. Ориентировочно, съемочный период был месяца два. Дней двадцать пять мы там пожили,  снимая летнюю натуру. Потом был второй заезд – осень, снежок, холода. В конце фильма есть эпизоды, где разгораживают загон, угоняют стадо назад в деревню... Все эти сцены снимали уже во второй заезд.

 

И еще, Владимир Ильич, наверняка этот вопрос будет волновать всех, кто посмотрит фильм «Цыганский берег». Жеребенка, увязшего в солончаках, удалось спасти? 

 

Да, конечно. Когда мы увидели его, у него только голова торчала. Он уже смирился… Валера тоже закатал штаны и пошел спасть его. Ноги утопали, было тяжело, но спасти его все же удалось. Это как раз один из тех эпизодов, что рождались на месте. А сам фильм родился уже на монтаже.

 

И в завершении нашей беседы, хотелось узнать о ваших творческих планах.

 

Да, сейчас я работаю над фильмом, как автор, режиссер и оператор. Мне оставалось съездить в Бурятию на досъемки. Я этот фильм уже три года снимаю. У меня среди бурятских художников много друзей. Об одном из них как раз и рассказывается в этом фильме. И, вообще, в планах у меня – серия фильмов о бурятских художниках. Они очень самобытные, яркие. Многие работы их выставляются в самых известных галереях мира.

 

Владимир Ильич, спасибо вам за интересный рассказ. С нетерпением будем ждать ваш следующий фильм.

 

Беседу провел Черных С.Г.

 
оператор на коне.jpg